MENU
Главная » Статьи » История России

Борьба против Хазарии и Византии. Походы Святослава
Борьба против Хазарии и Византии. Походы Святослава

К началу 960-х гг. восточным соседом Руси был Хазарский каганат - могущественное полиэтническое государство с более чем двухсотлетней историей. Северная граница сферы его влияния доходила до среднего течения Десны, верховьев Днепра, Оки и Дона, охватывая племенные территории хазарских данников - северян, вятичей и, весьма вероятно, радимичей.

Для Руси главное неудобство от такого соседства заключалось в отстраненности от предкавказских и среднеазиатских рынков, пути на которые контролировались Каганатом и его сателлитом - Волжской Болгарией. При таком раскладе интересы двух государств неминуемо должны были вступить в противостояние. Неизвестно, имелся ли для войны формальный повод, или воинственная натура князя Святослава склонялась к аргументу силы как к единственно возможному, но в 964 г. состоялся поход на Волжскую Болгарию. Путь пролегал по Оке, через земли вятичей. Святослав, однако, их не тронул и пошел дальше, до места впадения Оки в Волгу, а оттуда - вниз по течению, к болгарским землям. Серьезного сопротивления местное население русичам оказать не смогло, и Святославовы воины легко прошлись по территориям болгар и буртасов, попутно их разоряя.

Следующей целью стала собственно Хазария. Главные бои состоялись за Саркел (Белую Вежу) на Дону и Итиль, столицу Каганата. Русские победы на этих ключевых узлах практически означали падение степной империи. 

Дойдя до устья Волги, Святослав вторгся в Предкавказье, где разбил войска союзных хазарам ясов (предки современных черкесов), а также разорил Семендер, крупный торговый центр на западном побережье Каспия. Последним штрихом в разгроме Хазарии стало взятие Тмутаракани на Таманском полуострове.

Обратная дорога снова проходила по территориям вятичей. Освободившись от власти далекого и могущественного Каганата и не желая попасть под контроль нового гегемона, вятичи на этот раз оказали вооруженное сопротивление. Но племенное ополчение не могло конкурировать с профессиональной киевской армией ни численностью, ни умением, и победа осталась за русскими дружинниками. Так вятичи стали данниками киеворусского государства.

Данная военная акция продолжалась в течение 964 - 965 гг. Теперь же, когда восточные конкуренты были подавлены, русский князь обратил внимание на Юг, в сторону Византии и Болгарии. Последняя в тот момент контролировала Нижнее Подунавье, являвшееся крупнейшим перевалочным пунктом, соединявшим торговые пути Востока и Запада. Днепровское же устье с прилегаемыми территориями (так наз. Белобережье), хотя и удерживалось русами (там даже располагались стационарные русские поселения, официально запрещенные русско-византийскими соглашениями), но граничили с богатыми ромейскими владениями в Южном Крыму (с центром в Херсонесе, русское название - Корсунь, территория современного Севастополя). 

В такой геополитической ситуации византийцы практически полностью контролировали оба возможных направления морских маршрутов из Белобережья. Первый из них проходил вдоль болгарских и византийских владений в Западном Причерноморье к Константинополю (русское название - Царьград), столице Империи. Второй огибал Крымский полуостров и вел к Тмутаракани. При такой расстановке сил путь в Черное море из Киева через Азовское море и Керченский пролив оказывался слишком длинным, а сообщение между Белобережьем и Босфором целиком контролировалось Империей, превращая ее в гегемона и по сути монопольного хозяина Понта Евксинского (греческое название Черного моря). Так что вполне естественно, что интересы держав столкнулись именно в данном регионе.

Как раз примерно в 965 г. произошел пограничный конфликт между русами и корсунянами. Опасаясь, что он выльется в открытую войну, ромеи, занятые в это время войной с арабами, попытались отвлечь внимание киевского князя в сторону Болгарии.

Формально Византия являлась данником Болгарии, что было юридически закреплено в договоре 927 г., ознаменовавшим окончание победной для Болгарии войны. Однако в последующие десятилетия страна-победительница утратила политическое единство, аристократия развязала череду междоусобных войн, отсутствие сильного государственного лидера привело к политическому и экономическому упадку. 

Империя же в начале 960-х гг., несмотря на перманентные войны с мусульманским миром и неоднократные дворцовые заговоры, пребывала в фазе подъема. И когда в 966 г. болгарское посольство в очередной раз прибыло за положенной порцией дани, его просто выгнали из столицы, не только не выплатив обещанного, но даже не посчитавшись с дипломатическим этикетом и высокими титулами послов. Официальная Преслава, в то время бывшая болгарской столицей, никоим образом на такое оскорбление не прореагировала.

Параллельно с развертыванием болгаро-византийского конфликта Константинополь вел переговоры с Киевом. После упомянутого выше конфликта в Корсунской феме2 император Никифор Фока отправил на Русь Калокира, облеченного по этому поводу высоким титулом патрикия. Сын херсонесского стратега, Калокир неоднократно общался с представителями русов, был знаком с их обычаями, а главное - хорошо ориентировался в противоречиях между Русью и Византией, Херсонесом и Белобережьем, Константинополем и Херсонесом, стремившимся, не выходя формально из-под власти Империи, проводить в Северном Причерноморье самостоятельную политику. Целью посольства было переориентировать военный удар русичей    с    Херсонеса на Болгарию. Согласно этому плану, Святославу давалось добро на завоевание болгарского Нижнего Подунавья со всеми вытекающими правами на завоеванные территории и дополнительным денежным вознаграждением от Византии. 

Приправленное богатыми дарами, это предложение нашло благодатную почву в воинственном сердце русского князя. Таким ходом Никифор Фока намеревался решить несколько проблем. Во-первых, появлялась некоторая гарантия безопасности византийского Крыма. Во-вторых, в условиях перманентных арабо-византийских войн начинать активные военные действия в Болгарии было просто нерационально, в то же время, приход Святослава на Дунай нейтрализовал бы любое проявление активности со стороны Преславы. 

Появление русских как бы создавало барьер, защищающий балканские территории Византии от набегов угров и печенегов. Как показали последующие события, все эти преимущества носили чисто временный характер, однако именно время в создавшихся условиях было для Константинополя на вес золота.

Согласно летописному рассказу, когда к Святославу пришли византийские послы с предложением о мире, из всех предложенных ему подарков, князь обратил внимание только на отменного качества мечи. Он доставал их из ножен, любовался, хвалил мастерство исполнения. Золото, драгоценности и дорогие ткани Святослав не удостоил внимания. Увидев такое проявление княжеского характера, послы доложили Цимисхию, что враг, больше всего любящий оружие и презирающий материальные блага - очень опасный враг, и лучше выплатить дань и закончить дело миром, чем пытаться противостоять ему на поле боя.

Итак, соглашение между Калокиром и Святославом было достигнуто, и летом 967 г. русские войска находились уже в Болгарии. Первым пал Малый Переяславец, гарнизон которого, хотя и оказал сопротивление, но сумел продержаться недолго. Еще восемьдесят меньших городов по Дунаю были взяты быстро и, судя по всему, без серьезных боев, что объясняется как слабостью болгарских контингентов, так и антивизантийскими настроениями части населения, видевшей в Святославе освободителя.

В качестве княжеской резиденции в Подунавье Святослав выбрал город Доростол (ныне -Силистра на северо-восточной границе Болгарии). Казалось бы, обе стороны получили свое: русам достался контроль над Нижним Подунавьем, византийцы нейтрализовали Болгарию. Но Калокир, миссия которого была уже выполнена, не спешил возвращаться к императору. В
голове посла созрела идея захвата власти. Константинополь - совсем рядом. Никифор Фока занят военными действиями на ближневосточном фронте. Сильное и многочисленное войско Святослава готово продолжить завоевательный поход. 

В такой ситуации между греческим патрикием и русским князем возникло соглашение, согласно которому Святослав обязался помочь Калокиру с захватом императорского трона, а тот, в свою очередь, отказывался от любых претензий на Болгарию, которая признавалась сферой русского влияния. Во всяком случае, так представляют дело византийские источники. Общий ход событий такой версии не противоречит, однако с уверенностью утверждать, что антиникифоровский заговор оформился уже в Доростоле, а не ранее, во время переговоров в Киеве, невозможно.
Вероятно, предполагал такой поворот событий в качестве одного из возможных и сам
Никифор. Занятый войной с арабами, сам он воспрепятствовать походу Святослава на Царьград не мог, но спасительной соломинкой империи стали печенеги, неоднократно выступавшие то противниками, то союзниками Империи.

Под 968 г. "Повесть временных лет" фиксирует появление печенежских орд у киевских стен. Княгиня Ольга, пребывавшая в это время в городе, серьезных сил для организации вооруженного сопротивления не имела. Плотная осада, организованная кочевниками, казалось бы, лишала осажденных надежды на получение внешней помощи и делала сдачу столицы неминуемой. Единственным шансом на спасение оставался воевода Претич, который вместе с военным отрядом находился на левом берегу Днепра. Согласно легенде, послом к воеводе стал юноша, знающий печенежский язык. Ему якобы удалось незаметно выбраться из города и пройти сквозь печенежские кордоны, изображая из себя пастуха, потерявшего лошадь. Постоянно расспрашивая, не видел ли кто его коня, он добрался до Днепра и бросился в воду. Печенеги стреляли ему вослед, пытались догнать - но безрезультатно. Парню удалось-таки переплыть Днепр, разыскать Претича и вернуться с ним под Киев. Печенеги, увидев приближающееся многочисленное войско, решили, что это - сам князь Святослав, победитель могущественного Хазарского каганата. Но Претич ответил печенежскому хану, что он - лишь один из княжих мужей, командир авангардного отряда, а князь с еще большим войском уже на подходе. В такой неуверенной ситуации печенеги предпочли заключить мир. Хан лично встретился с воеводой, в знак дружбы они обменялись подарками: Претич получил коня, саблю и стрелы, хан - бронь (вероятно, кольчугу, хотя, возможно, это был и пластинчатый панцирь), щит и меч.

С точки зрения сегодняшней исторической науки трудно сказать, насколько эта легенда соответствует истине, ведь ни до, ни после этого случая, ни один источник Претича не упоминает. К тому же, сразу за летописным рассказом о мире между Претичем и печенегами летописец сообщает о приходе Святослава, который силой прогнал кочевников от Киева. И если сомнения в достоверности истории с Претичем закономерны, то факт появления князя в это время в Поднепровье сомнений не вызывает. Точно установлено, что, основавшись в Нижнем Подунавье, Святослав оставил там своих наместников, а сам вернулся в Киев. Здесь он пробыл до смерти своей матери (в 969 г.), а также провел административные реформы в системе управления государством: в ключевых городах он посадил посадниками своих сыновей. Касательно же мира с печенегами, то он действительно дал свои плоды, ведь в следующем году они уже выступают союзниками Руси.

Даже пребывая в Киеве, Святослав не терял связей с Подунавьем. Поэтому кажется отнюдь не удивительным, что почти одновременно с нападением печенегов на Киев союзные русам угры совершили нападение на византийскую Фесалонику.

Но ситуация в Болгарии тоже менялась, провизантийская партия постепенно начала восстанавливать свои позиции. Русские гарнизоны, оставленные князем в завоеванных городах, уже не в состоянии были контролировать положение. К тому же имевшие место локальные грабительские рейды русичей, угров и новых союзников -печенегов на имперские владения во Фракии и Македонии еще более способствовали назреванию конфликта.

В 969 г в западной Болгарии поднялось антивизантийское восстание, результатом которого стало образование независимого Западно-Болгарского царства (просуществовало до 1018 г.).
Но в восточной части страны, занятой русами, активно нарастало недовольство местного населения. 

Подстрекаемая, с одной стороны, самим фактом присутствия завоевателя, с другой - политикой  Византии,  не согласной долго терпеть на Балканах войска русского князя, во второй половине 969 или в начале 970 г. Преслава начала военные действия. Болгары осадили Малый Переяславец. Командовавший обороной воевода Волк из-за нехватки продовольствия и угрозы заговора горожан с осаждавшими принял решение оставить город. Спасая таким образом войско, Волк отступил вниз по течению Дуная, а затем повернул на север, в сторону Днестра. У днестровского устья русские войска - Волка, отступавшего из Болгарии, и Святослава, в Болгарию возвращавшегося, - встретились. Это произошло либо в самом конце 969 г. либо весной 970 г. Тут, возле устья Днестра, русы на некоторое время остановились, ожидая подхода угров и печенегов.

Объединившись с кочевниками, Святослав быстро занял утраченные было позиции. После вторичного захвата Малого Переяславца, князь приказал казнить представителей знати, связанных с антирусским восстанием. Эта мера, видимо, возымела должное действие, поскольку в начале русско-византийской войны болгары уже выступят союзниками Святослава.
Легкой добычей стали и оставленные без прикрытия византийские Фракия и Македония. Воспрепятствовать проникновению союзников в свои балканские владения Империя не смогла, поскольку ее основные силы были заняты на сирийских театрах военных действий.
Была и еще одна причина выжидательной позиции Константинополя: в декабре 969 г. произошел государственный переворот. 

Убив Никифора Фоку, трон занял полководец Иоанн Цимисхий. Первым делом он попытался мирно договориться со Святославом. К князю были отправлены два посольства с требованиями оставить занятые территории и возвращаться восвояси. Но даже предложенные контрибуции не смогли переубедить русского завоевателя. Он категорически отказался выполнить поставленные условия, заявив, что это греки должны прочь убираться из Европы, которая им-де никогда не принадлежала. В противном случае он грозился лично придти под стены Царьграда и прогнать ромеев в Малую Азию. Поняв, что мирные способы разрешения ситуации исчерпаны, Цимисхий начал активные военные приготовления.

Прежде всего предстояло изгнать союзников из Фракии и Македонии. Первое войско возглавил патрикий Петр, второе -магистр Варда Склир. Реакция союзников была быстрой. Закрепившись в Преславе и Филипополе, они двумя отрядами (первый состоял из русов и лояльной части болгар, второй - из угров и печенегов) направились в сторону Константинополя. Во Фракии несколько передовых русских отрядов были разбиты византийцами, но в бою с основными русскими силами военное счастье ромеям изменило. 

Подробностей битвы и даже места, где она произошла, источники не сохранили. Однако по косвенным упоминаниям византийских хроник и русских летописей можно заключить, что победили русы, поскольку сразу после битвы вся Фракия, а также и прямой путь на Царьград оказались открыты захватчикам. Но поражение во Фракии Византия в значительной степени скомпенсировала победой в Македонии, где под Адрианополем Склир разбил угро-печенежское войско.

На фронте настало вынужденное затишье, поскольку ни одна из сторон не получила решающего перевеса. После Адрианопольской битвы от Святослава отошли печенеги и угры. Потеря же армии патри-кия Петра так же ослабила ромеев, как потеря кочевнических отрядов ослабила Святослава. К тому же в Малой Азии поднял восстание родственник убитого императора Варда Фока, подавлять которое был отправлен Варда Склир. Заменивший его на Балканах Иоанн Куркуас решимостью и талантами предшественника, судя по всему, не отличался.

Святослав, взяв с греков контрибуции и оставив в Преславе гарнизон, отступил на Дунай. Греческие источники передают имя командира пре-славского отряда как «Сфенкел». Часть отечественных историков согласны отождествлять его с летописным Свенельдом.

Перемирие было нарушено в апреле 971 г., когда за неделю до п раз дн ика Пасхи армия Иоанна Цимисхия появилась на болгарско-византийской границе. Путь на Преславу перекрывал горный хребет, пройти через который можно было лишь по узким труднодоступным ущельям (клисурам). Русские не ожидали нападения, полагая, что пройти клисуры сколь-нибудь значительным отрядом невозможно. Советники императора тоже считали саму мысль о таком походе безумием. Но Цимисхий решил, что в данной ситуации скорость и внезапность оправдывают любой риск, и повел войско через Седерскую клисуру. Кроме того, имела место ставка на праздничные дни. Болгары, как и византийцы, исповедовавшие христианство, готовились к Пасхе и предполагали, что ромеи заняты тем же. Но тем сильнее были удивлены они, когда 12 апреля после трехдневного перехода византийцы в боевых порядках появились под укреплениями Преславы. Однако русы вместе с болгарами успели среагировать и быстро выстроились на равнине перед городом, будучи готовыми встретить неприятеля.

В течение дня битва не могла определить победителя, и неоднократно казалось, что чаша весов склоняется в пользу то одной, то другой стороны. Вечером исход сражения решил удар византийских клибанариев (тяжелая конница) по левому флангу русской пехоты (кавалерии в русских войсках не было). Русичи не выдержали удара и отступили, укрывшись за стенами Преславы. Находившийся в это время в городе Калокир, опасаясь, что в случае плена ему не простят измену, ночью тайно покинул город.

Утром следующего дня (это был Великий Четверг) ромеи пошли на приступ. Пока основная часть войска штурмовала стены, отдельный отряд прорвался сквозь крепостные ворота. Это решило судьбу города. Отступая перед превосходящими силами, руско-болгарские воины закрылись в царском дворце. Взять его сходу византийцы не смогли. Дворец подожгли, и его защитники вынуждены были с боями пробиваться из окружения. Им навстречу вышел Варда Склир. Прорываясь к выходу из города, русы не проявили ни одного случая трусости, и большинство из них вместе с болгарскими союзниками погибло. Сфенкелу вместе с немногочисленными уцелевшими удалось-таки пройти сквозь византийские порядки и взять курс на Доростол.

Занятие Цимисхием Преславы сильно изменило расстановку сил. Русы и болгары понесли значительные потери. В византийский плен попал болгарский царь Борис, на момент штурма пребывавший в столице. Видя, что преимущество в войне за византийцами, болгары начали массово выражать преданность Константинополю. В Доростоле, чтобы пресечь подобные тенденции, Святослав казнил или посадил в заключение бояр, заподозренных в симпатиях к Византии (всего около трехсот человек). Этот ход несколько стабилизировал ситуацию в городе, но никак не добавил русскому князю симпатии в глазах местного населения.

После короткого отдыха Цимисхий повел армию от Преславы к Доростолу. Авангард его войска был встречен союзниками и перебит. Трупы погибших русы оставили на пути следования основных имперских сил как предупреждение об ожидаемой участи.

«Доростольское сидение»

Под Доростол император Иоанн пришел 23 апреля. Сценарий сражения напоминал бой под Преславой. Греки наступали сложным построением, в центре которого находилась пехота, на флангах - клибанарии, а за пехотой лучники и пращники, атаковавшие противника через головы своих передних шеренг. Так же, как и под Преславой, судьба сражения решилась только к вечеру, когда удар византийской конницы сломил русскую фалангу.

Следующий день прошел мирно. Обе стороны зализывали раны. Император приказал
на холме перед городом разбить лагерь, укрепленный рвом и валом, на гребне которого выставили щиты и копья, образуя таким образом дополнительную полосу препятствий для наступающих.

Боевые действия днем 25 апреля ограничились перестрелкой, а вечером того же числа русичи сделали попытку штурмовать вражеские позиции. Византийский хронист Лев Диакон, неоднократно упоминавший неспособность русов к конному бою, пишет, что в этот раз они сделали первую попытку кавалерийской атаки. Но отсутствие практики подобного рода сказалось, и русский натиск разбился о контратаку греческой конницы.

В очередной раз отступив, русы закрылись в Доростоле. Тем временем к Доростолу по Дунаю подошли византийские корабли, в т.ч., и огненосные. Таким образом водный путь из города оказался перекрыт. В еще одном полевом сражении 26 апреля погиб Сфенкел (часть историков готовы предполагать лишь тяжелое ранение). Кто победил в этот раз - неясно. С одной стороны, Диакон сообщает, что русы отступили. Но другой хронист, Георгий Кедрин, утверждает, что они до позднего вечера находились на равнине перед городом - т.е., поле боя осталось за ними. Напрашивается подозрение, что несмотря на все попытки византийских историков представить битвы первых четырех дней доростольской осады как яркие примеры славы ромейского оружия, реальный перевес Иоанна Цимисхия оказался явно недостаточным, чтобы сходу разбить противника. Во всяком случае, ни одна из этих побед не имела своим продолжением попыток ворваться в город на плечах отступающего врага.

Осада затягивалась. К грекам подошли обозы с осадной техникой. Для ее нейтрализации вокруг Доростола русичи вырыли еще один ров. В течение следующих полутора месяцев военные действия велись вяло. Фиксируются постоянные обстрелы города камнеметной артиллерией. Русские соверша-
ли периодические вылазки. Во время одной из них был убит командовавший осадными орудиями Иоанн Куркуас (19 июля), в бою на следующий день погиб русский военачальник Икмор.

Ночью с 20 на 21 июля русичи устроили масштабную тризну в память погибших соратников, после чего Святослав собрал военный совет. Встал вопрос о целесообразности продолжения боевых действий. Нехватка провизии и голод делали дальнейшую оборону Доростола невозможной. Сухопутные и водные пути к отступлению перекрыты противником. Было принято решение дать последний бой, чтобы либо победить, либо умереть с честью.

22 числа на закате дня, собрав все наявные силы, русы вышли из городских ворот. Битва была как никогда ожесточенной, и, как всегда за последние месяцы, неясно было, за кем победа. Обстановку ночного боя осложнила разразившаяся буря, окончательно расстроившая систему взаимодействия греческих войск. Боевые порядки расстраивались, ряды смешивались. Русы получили реальный шанс, пользуясь непогодой и темнотой, разбить врага и выйти из окружения. Легенда гласит, что спасти византийцев смог только Святой Феодор, явившийся в критический момент и прекративший бурю. Это чудо якобы мобилизовало греков и позволило нанести решающий удар. И если появление святого целиком лежит на совести хронистов, то обходной кавалерийский маневр с ударом по русским тылам зафиксирован достоверно. Оказавшись перед угрозой полного окружения и не имея возможности сопротивляться коннице, русы - в который раз за время Доростол ьс ко го сидения - вернулись в крепость.

Это был последний бой под Доростолом. На следующий день русский князь начал переговоры. Согласно условиям договора, восстанавливались мирные отношения между сторонами, русичи оставляли Болгарию и получали контрибуцию  за  понесенный ущерб.

Размер контрибуции рассчитывался исходя из числа 22 000 русских воинов, хотя летопись сообщает, что в это время со Святославом оставалось всего лишь около 10 000 человек, но князь специально завысил в тексте договора реальную численность своего войска. Помимо этого, ромеи обязались способствовать соглашению с печенегами (которые успели снова стать друзьями Византии), чтобы те беспрепятственно пропустили русичей через свои территории. 

После того, как послы согласовали условия, князь выразил желание лично побеседовать с Цимисхием. Император явился на берег Дуная, где была назначена встреча, в сверкающей броне, облаченный в соответствующие регал ии и в сопровождении пышной свиты. Когда же он увидел своего вчерашнего врага, то был немало удивлен: ни одеждой, ни манерами он не отличался от прочих своих воинов, а к месту встречи приплыл на простой ладье, в которой греб веслами наравне с остальными гребцами. Единственным внешним отличием князя был длинный чуб на гладко выбритой голове да одна сережка в ухе. Во время недолгой беседы Святослав говорил, сидя в лодке, без дерзостей, но и без преклонения перед победителем. Обязавшись свято соблюдать мир, они расстались.

Конец эпохи

Император, как и обещал, направил к печенегам послов, но договориться с кочевниками они не смогли или не захотели. Святослав же с войском, не зная об этом, начали путь домой. В районе днепровских порогов печенеги перекрыли русичам путь. Отягощенные добычей и не имея достаточных сил для успешного сопротивления, воины Святослава отступили на Белобережье, где и провели всю зиму. Местное население, очевидно, неспособно было прокормить такое количество гостей. Продовольствия просто не хватало на всех. Начался голод. Поэтому едва только весенняя погода позволила продолжать путь, русы двинулись  вверх  по Днепру.

Категория: История России | Добавил: densv78 (13.06.2012)
Просмотров: 1445 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]