Парадоксы Эллсберга - 8 Сентября 2013 - Всемирная история



MENU
Главная » 2013 » Сентябрь » 8 » Парадоксы Эллсберга
16:12
Парадоксы Эллсберга
Парадоксы Эллсберга

Спустя четверть века после разоблачений Эллсберга та самая газета The New York Times, которая впервые познакомила американскую публику с «бумагами Пентагона», писала: «они (документы предоставленные Эллсбергом, - К.Б.) продемонстрировали, среди прочего, что администрация Линдона Джонсона систематически лгала не только общественности, но также и Конгрессу».

Выяснилось, что Джонсон отправил войска во Вьетнам 17 июля 1965 года, за несколько дней до начала консультаций со своими советниками. В частности, в одной из зашифрованных каблограмм говорилось: «Заместитель министра обороны Сайрус Вэнс проинформировал Макнамару, что президент одобрил план отправки (во Вьетнам, - К.Б.) 34 батальонов и будет проталкивать призыв резервистов». Лишь несколько дней спустя (21-27 июля) Джонсон начал официально обсуждать со своими советниками целесообразность военного решения, которое по факту уже было принято и даже выполнялось.

Публикация бумаг подорвала и без того пошатнувшийся авторитет удалившегося на свое техасское ранчо Джонсона, на символических костях которого (ему оставалось жить еще два года) поспешили сплясать многие его бывшие противники.

«Меня называли поджигателем войны, - злорадствовал Барри Голдуотер, - а Джонсона считали чуть ли не голубем. Он повторял, что не будет посылать во Вьетнам американских мальчишек, а сам прекрасно знал, что будет!».

«Бомба» Эллсберга разорвалась и поразила многие доверчивые сердца.

«Само существование этих документов, - заявил сенатор Бёрч Бай, - и тот факт, что в них говорится одно, в то время как люди верили в совершенно другое - объясняют, почему мы сегодня испытываем такой кризис доверия, это причина, по которой люди не верят своему правительству. По тому же пути на протяжении последних двух с половиной лет идет и нынешняя администрация (Никсона, - К.Б.)».

По сути дела, впервые в истории современной Америки на суд общественности были вынесены доказательства того, что правительство долго и целенаправленно обманывало свой народ. Добавила масла в огонь и попытка администрации Никсона запретить публикацию «бумаг Пентагона». Принятое 30 июня 1971 г. решение Верховного суда подтвердило ценность Первой поправки к Конституции США.

«Она служит щитом от действий слишком усердного правительства», - заявил главный юрисконсульт The New York Times Джим Гудейл.

Никсон и его команда потерпели болезненное поражение - тем более унизительное, что расплачиваться-то приходилось в основном за грехи предшественников! Стремясь предотвратить дальнейшие разоблачения (ведь никто не знал, сколько еще таких Эллсбергов готовы пролить свет на грязные делишки правительства), Никсон, глава его администрации Г.Р. Холдеман и советник президента по внутренней политике Джон Д. Эрлихман приняли решение сформировать секретную группу для предотвращения утечек информации. Кто обычно занимается ликвидацией утечек? Водопроводчики. Подразделение так и назвали - «водопроводчики» (The Plumbers). Курировали его старший помощник Эрлихмана Эгил Крог, и помощник Генри Киссинджера Дэвид Янг. Мозговым центром группы был специальный советник Никсона Чарльз Колсон. Последний привлек к работе агента ЦРУ Э. Говарда Ханта, а Эгил Крог рекомендовал включить в группу провинциального прокурора Дж. Гордона Лидди. Бывший сотрудник ФБР, Лидди стал главным оперативником «водопроводчиков».

Год спустя «водопроводчики» окажутся главными действующими лицами Уотергейтского скандала - но это совсем другая история. Первым же их заданием стал поиск таинственного правдолюбца.

Искать, впрочем, долго не пришлось. 28 июня, за два дня до исторического решения Верховного суда, Эллсберг официально сдался властям в Бостоне. Тогда же он заявил журналистам:

«Я чувствовал, что как американский гражданин, как ответственный гражданин, я не могу больше участвовать в сокрытии этой информации от американской общественности. Я сделал это, полностью отдавая себе отчет в том, чем я рискую, и я готов принять все последствия того решения».

Почему Эллсберг так поступил - до конца не ясно. Возможно, считал, что если он выступит открыто, то это позитивно повлияет на решение Верховного суда (если так, то он рассчитал верно). Впрочем, есть и другая версия, изложенная в документальном фильме 2009 г. «Дэниель Эллсберг - самый опасный человек в Америке». Согласно этой версии, инкогнито Эллсберга раскрыла его жена Патрисия. Убежденная пацифистка, она вообще сыграла важную роль в жизни Дэниеля - пока Эллсберг работал на Пентагон и, вольно или невольно, помогал военной машине перемалывать жизни американских и вьетнамских парней, красавица Патрисия наотрез отказывалась выходить за него замуж. И лишь когда Дэниель «прозрел» - в 1970 году - пошла с ним под венец.

Стоит ли удивляться, что когда шум вокруг «бумаг Пентагона» достиг своего апогея, Эллсберг не устоял перед искушением и рассказал жене, кто на самом деле «подул в свисток». Патрисия по большому секрету поведала об этом своей маме, а та уже продала секрет журналистам.

Так или иначе, Эллсберг вышел из тени.

Парадокс четвертый. Дэниель Эллсберг против США

3 января 1973 года Эллсберг и Руссо (сотрудник RAND, помогавший Дэниелю копировать «бумаги Пентагона») предстали перед судом по обвинению в шпионаже, а также краже секретных документов и заговоре. Обвинение требовало 115 лет тюремного заключения для Эллсберга и 35 - для Руссо. Однако Эллсберга неожиданно спасли те самые «водопроводчики», которые должны были его уничтожить.

Никсон, как свидетельствуют магнитофонные записи его бесед с советниками и доверенными лицами, ненавидел Эллсберга и не стеснялся в выражениях в его адрес («fucking asshole» - еще одно из самых мягких).

«Боб, нельзя это так оставить, - говорил он Г.Р. Холдеману на следующий день после того, как Эллсберг раскрыл свое инкогнито. - Нельзя, чтобы этому еврею сошла с рук кража сведений. Ясно?»

Слово, как известно, не воробей. «Закрыть» обратно разоблачения Эллсберга было невозможно, зато можно было дискредитировать его самого, сделать его в глазах общественности не заслуживающим доверия лгуном.

«Люди не доверяют этим снобам с Востока, - наставлял Никсон Холдемана. - Он еврей, из Гарварда, понимаешь? Типичный заносчивый интеллектуал».

Холдеман и Эрлихман дали команду «водопроводчикам».

В августе 1971 года Эгил Крог и Дэвид Янг встретились с оперативниками Гордоном Лидди и Говардом Хантом в офисном здании, ныне носящем имя Дуайта Эйзенхауэра, и обсудили план действий. Хант и Лидди - большие специалисты по компромату - порекомендовали раздобыть сведения о психическом здоровье Эллсберга. Бывший сотрудник RAND посещал психиатра - некоего Льюиса Филдинга. Конечно же, в бумагах доктора есть записи, доказывающие, что у Эллсберга серьезные проблемы с психикой. Ведь не будет же здоровый человек платить деньги за то, чтобы кто-то копался в его мозгах.

Крог и Янг запросили у Эрлихмана санкцию на секретную операцию по изучению медицинского досье, хранящегося у психиатра Эллсберга. Советник Никсона санкцию дал, с условием, что никаких следов «водопроводчики» не оставят.

3 сентября 1971 года - Эллсберг уже два месяца находился под следствием, хотя и на свободе - Хант, Лидди и три оперативника ЦРУ проникли в кабинет Льюиса Филдинга в Беверли Хиллс. Операция, получившая название «Специальный проект Ханта/Лидди №1» прошла гладко, но серьезного компромата на Эллсберга «водопроводчики» не нашли. Хант и Лидди запросили у Эрлихмана разрешение проникнуть в дом Филдинга, но на этот раз санкцию не получили.

Спустя полтора года, во время слушаний по делу Эллсберга и Руссо, история с незаконным проникновением в офис Филдинга выплыла на свет - и произвела самое неблагоприятное впечатление на федерального судью Уильяма Байрна, который считал, что санкция советника президента никак не заменяет санкции прокурора. Всплыли, разумеется, фамилии «кураторов» в Белом доме (но не самих «водопроводчиков» - Хант и Лидди оставались в тени вплоть до самого Уотергейта). Разразился громкий скандал, Никсон настоятельно попросил Эрлихмана и Холдемана написать прошение об отставке, а своего советника Джона Дина, тоже замешанного в слежке за Эллсбергом, просто уволил.

А тут еще судья Байрн сделал официальное заявление перед судом - Эрлихман дважды встречался с ним с глазу на глаз и предлагал пост директора ФБР (очевидно, в обмен на принципиальную позицию в деле Эллсберга). И, наконец, стало известно, что ФБР прослушивало телефонные разговоры Эллсберга, которые тот вел уже после предъявления ему обвинений - и тоже без ордера. Попытки оправдать действия федеральных агентов соображениями национальной безопасности успеха не имели - рассвирепевший Байрн потребовал предоставить записи прослушки на рассмотрение суда.

Поскольку в телефонных разговорах Эллсберга, судя по всему, ничего особо опасного не было, ФБР заявило, что записи потерялись. 11 мая 1973 года судья Байрн объявил:

«Совокупность обстоятельств этого дела оскорбляют само чувство правосудия. Странные события заразили расследование этого дела неизлечимым недугом».

Отметив, что в ходе судебного разбирательства были допущены серьезные нарушения законности и снял все обвинения с Эллсберга и Руссо. Разумеется, в том, что процесс Эллсберга закончился хэппи-эндом, сыграла большую роль его высокопрофессиональная защита - адвокаты Леонард Будин и профессор права из Юридической школы Гарварда Чарльз Нельсон.

Никсон не зря не доверял «снобам из Гарварда» - либеральная интеллигенция Восточного побережья не просто сочувствовала Эллсбергу, но и оказала ему реальную поддержку.

Впрочем, тучи над головой Эллсберга все еще сгущались. Уже после того, как процесс завершился, «водопроводчики» разработали план операции по его физическому устранению, или, как обтекаемо выражался Лидди, «полном выведении из строя». В операции были задействованы 12 кубинских иммигрантов, прежде работавших на ЦРУ. В своей автобиографии Лидди уступает идею нейтрализации Эллсберга своему коллеге Говарду Ханту, который якобы предложил отравить Эллсберга, растворив в его супе большую дозу ЛСД.

Коварный план предполагалось привести в действие во время официального обеда в Вашингтоне, на котором Дэниель должен был произносить речь. Выступление одурманенного наркотиком Эллсберга дискредитировало бы его в глазах респектабельной публики и прессы - и подорвало бы доверие к «бумагам Пентагона».

Операция, если верить Лидди, была согласована на самом верху - ведь «водопроводчики» по-прежнему имели полную поддержку президента. Были найдены надежные исполнители - отчаянные парни из кубинской общины в Майами, которые должны были сыграть роль официантов. Подвела, как это часто бывает, организация - кубинцев не успели перевести из Майами в Вашингтон и оформить на работу в отель, где должно было проходить мероприятие. Эллсберг спокойно съел свой обед, не догадываясь, каких неприятностей избежал.

Парадокс пятый. Whistleblower

После освобождения он стал частым гостем на таких собраниях. Выступал перед самыми разными аудиториями - в закрытых клубах миллионеров и студенческих кампусах. Читал лекции о Вьетнамской войне, широко используя те файлы из «бумаг Пентагона», которые еще не были опубликованы в газетах.

Война в Юго-Восточной Азии все еще шла, хотя последние американские войска были выведены оттуда еще в марте 1973 года - до оправдания Эллсберга. Вопрос о том, насколько его разоблачения приблизили конец войны, дискуссионен. Наиболее распространена точка зрения, согласно которой публикация «бумаг Пентагона» никак не повлияла на прекращение боевых действий.

Так, доверенный юрисконсульт Никсона Эрвин Н. Грисуолд назвал «бумаги» к примером «глобального сверхзасекречивания» информации, которая не несла в себе ни малейшей угрозы национальной безопасности. Бюрократы Пентагона, считал Грисуолд, переусердствовали в стремлении скрыть от широкой публики факты, которые вполне могли бы стать достоянием гласности. И публикация их лишь в минимальной степени - если вообще как-то - повлияла на решение Никсона закончить войну - ведь Эллсберг «слил» информацию, касающуюся событий предшествующего десятилетия.

Сам Эллсберг тоже считал, что выступил со своими разоблачениями слишком поздно. В статье «Почему «бумаги Пентагона» имеют значение и сегодня» он писал:

«Не совершайте моей ошибки. Не ждите, пока новая война начнётся в Иране, пока больше бомб упадёт на Афганистан, Пакистан, Ливию, Ирак или Йемен. Не ждите, пока тысячи людей погибнут, прежде чем вы обратитесь к прессе и Конгрессу, чтобы сказать правду и раскрыть ложь или преступления с помощью документов. Не ждите 40 лет, пока их рассекретят».

Тем не менее, и сам поступок Эллсберга, и судебный процесс, на котором он из обвиняемого превратился в жертву «Большого брата», оказали серьезнейшее влияние на историю США. Скандал с незаконным проникновением в офис доктора Филдинга и увольнение ближайших сподвижников Никсона во многом предвосхитили грянувший девятью месяцами позже «Уотергейт».

Разоблачив ложь о Вьетнамской войне, которой сменявшие друг друга администрации в Белом доме на протяжении многих лет потчевали нацию, Эллсберг обрел славу бескомпромиссного борца за правду в кругах левых интеллектуалов, пацифистов и борцов за мир и репутацию врага государства в глазах патриотов и сторонников «сильной Америки». Одни называли его героем, другие - предателем. Из тихого, незаметного аналитика RAND Corporation он превратился в известного всей стране политического активиста. Его имя постоянно мелькало в прессе, его показывали по телевидению. Тогда-то и прилепилось к Дэниелю Эллсбергу словечко «Whistle-blower».

По-английски это означает «тот, кто дует в свисток». Изначально термин употреблялся по отношению к судье на спортивных соревнованиях, который свистом останавливал игру из-за нарушения правил. В начале семидесятых - как раз в то время, когда шел процесс над Эллсбергом - это слово стал употреблять известный адвокат и борец за гражданские права Ральф Нейдер[1], который считал, что людей, публично раскрывающих грязные секреты своих компаний и ведомств нельзя называть «доносчиками», «стукачами» (snitches) или «информаторами» (informers).

Сейчас слово «whistleblower» несет в себе гораздо более позитивный смысл, чем сорок лет назад, когда судья Байрн признал Эллсберга и Руссо невиновными. Это признает и сам Эллсберг, которому пришлось испытать враждебность со стороны части патриотически настроенной публики и презрение со стороны истеблишмента.

Желанный гость на митингах левых, он стал чужим для экспертного сообщества и даже близкого ему по духу университетского мира. В упоминавшемся уже фильме «Дэниель Эллсберг - самый опасный человек в Америке» он признавался, что после процесса, несмотря на оправдание, чувствовал себя «прокаженным, тифозным больным».

Тем не менее, Эллсберг не сдался и не опустил руки. Он продолжал борьбу, писал статьи и книги, выступал с лекциями. Когда администрация Буша готовила американское общество к войне с Ираком (2003 год) он предупреждал об опасности нового «сценария Тонкинского залива», который послужит оправданием для начала боевых действий. Собственно, именно так и получилось - пробирка с «белым веществом», которую госсекретарь Колин Пауэлл предъявлял Конгрессу в качестве доказательства наличия у Саддама Хуссейна химического оружия, сыграла ту же роль, что и загадочная атака на американские эсминцы в 1964 году.

Эллсберг призывал «инсайдеров» в правительстве сделать общественным достоянием информацию, которая могла бы предотвратить войну - правда, без особого эффекта. Он высказывался в поддержку инспектора ООН Скотта Риттера, публично заявлявшего, что никакого оружия массового поражения в Ираке нет. Риттер, как стало ясно позже, был прав, что, впрочем, не помешало ему получить тюремный срок за совращение малолетних в интернет-чате.

Однако выступлениями в прессе и по телевидению Эллсберг не ограничивался. В 2005 году его, уже семидесятичетырехлетнего, арестовали за участие в демонстрации протеста против политики Джорджа Буша-младшего и войны в Ираке. Он превратился в одну из культовых фигур антивоенного движения, и постепенно титул «человека, подувшего в свисток» из позорного ярлыка превратился едва ли не в неофициальный знак отличия.

Впрочем, Эллсберг получал и другие награды, вполне официальные, от неправительственных организаций (в том числе премию Ганди за вклад в дело мира). Отношение общества к самому явлению whistleblowing заметно изменилось - в целом оно стало куда более доброжелательным. Парадоксальным образом, это не мешает американской юстиции наказывать «дующих в свисток» куда строже, чем прежде. Например, военного аналитика Брэдли Мэннинга, «слившего» Wikileaks множество секретных документов армии США, в том числе видеозапись расстрела мирных иракцев американскими военнослужащими, приговорили к 35 годам тюремного заключения.

При этом общественная поддержка Мэннинга была куда больше, чем сорок лет назад у Эллсберга - только одних пожертвований в фонд его имени было собрано на сумму $650 000, а в 2011 и 2012 годах его кандидатура выдвигалась на получение Нобелевской премии мира. Сам Эллсберг неоднократно выступал в защиту Мэннинга, посещал предварительные слушания по его делу, пытался с ним поговорить - но ему не позволили это сделать охранники. Известна фотография, где убеленный сединами Дэниель Эллсберг стоит с плакатом, на котором написано: «Я был Брэдли Мэннингом».

Эллсберг активно поддерживает Эдварда Сноудена - человека, раскрывшего секреты одной из самых закрытых спецслужб США - Агентства национальной безопасности. Дэниель не согласен с теми, кто укоряет Сноудена за то, что он попросил убежища в России, вместо того, чтобы остаться в США и ждать суда, как сделал это он сам.

«Многие ставят Эдварду Сноудену меня в пример, как не покинувшего родную страну, - писал Эллсберг. - Но я с этим не согласен. Страна, в которой я в свое время решил остаться, была совершенно другой Америкой».

Возможно, это последний парадокс Эллсберга. Когда-то он решился на поступок, который для подавляющего большинства его соотечественников выглядел предательством - и не только был оправдан, но и сумел изменить отношение общества к разоблачению правительственных секретов. Нынешнее американское общество гораздо толерантнее и доброжелательнее к храбрым одиночкам, выступающим против системы. А вот реакция самой системы стала куда более жесткой. Не случайно, говоря о Сноудене, Эллсберг сравнивает его бывшую «контору» АНБ с восточногерманской спецслужбой «Штази», а США называет «Соединенными Штази Америки».

«Конституция не изменилась, это правда, - сказал Эллсберг в одном из последних интервью. - Но правда и то, что очень сильно изменился правовой климат в стране. Я думаю, например, что обвинения в шпионаже, по которым был осужден Мэннинг, являются неконституционными».

По-видимому, споры о том, имеет ли право государство скрывать от своих граждан правду или прибегать к незаконным методам сбора информации в целях защиты национальной безопасности, будут продолжаться до конца истории человечества. И таким же открытым останется вопрос, есть ли у совестливого интеллектуала право выступить против такого государства, нарушив устав, присягу или просто корпоративную этику. Ответ на этот вопрос каждый ищет для себя сам - история жизни Дэниеля Эллсберга показывает, какими непростыми бывают эти поиски и какова может быть цена принятого решения.

 Кирилл Бенедиктов
Категория: Разное | Просмотров: 444 | Добавил: densv78
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]